После того, как свет увидела моя книга "Судьба красоты. Истории грузинских жен", обложку которой украшает репродукция картины Крамского "Неизвестная" (очерк о прототипе героини картины открывает книгу), судьба самого художника стала для меня родной.
Весной 2013 года я читал лекцию в Воронеже. После выступления отправился в местный художественный музей. И был приятно удивлен экспозицией.
Среди прочего, не мог не обратить внимание на картину Ивана Крамского, кстати, уроженца Воронежской губернии, под названием "Жена художника Софья Николаевна и дочь Соня".
Ах, какая это оказалась удивительная история.
София Ивановна, единственная дочь великого Крамского, появилась на свет в 1867 году. Стоит ли удивляться, что она тоже решила стать художницей, а ее первым учителем был отец.
При этом, конечно же, Соня Крамская была любимой моделью обожавшего ее родителя.
Я начал распутывать клубок этой истории и вдруг вспомнил. Ну конечно же, о судьбе дочери Крамского мне рассказывала Вера Ивановна Прохорова, героиня моей книги "Четыре друга на фоне столетия".
Дело в том, что Соня Крамская дружила с дочерью Павла Третьякова, основателя великого музея, и была невестой Сергея Боткина. Все эти персонажи приходились родственниками Вере Прохоровой. О которых она, рожденная в 1918 году, очень хорошо была осведомлена.
Ну так вот, возвращаемся к Соне Крамской. Отец был рад выбору дочери и даже написал портрет, как все полагали, будущего зятя.
Но в итоге Сергей Боткин женился на лучшей подруге своей невесты. А София Ивановна решила посвятить жизнь служению искусству.
Она действительно оказалась талантливой художницей, о чем писали ее знаменитые друзья. Увы, сегодня нам остается лишь читать об успехах Крамской. Значительная часть ее работ была уничтожена во время пожара, который произошел в музеее родного ее отцу воронежского Острогожска в 1942 году.
София Крамская. Визит
Ей было за тридцать, когда она познакомилась с молодым юристом Георгием Юнкером. Знакомство завершилось свадьбой. Но семейная жизнь закончилась в 1916 году, когда Юнкер скоропостижно скончался. Через год рухнула размеренная жизнь и самой Софии, и всей империи.
По злой иронии судьбы, Софии Крамской пришлось стать одним из организаторов антирелигиозного музея. При том, что ее отец расписывал Храм Христа Спасителя и сама Крамская была истово верующим человеком.
Иван Крамской. Портрет дочери Софии
В 1930 году София Юнкер-Крамская была арестована. Она была признана врагом народа и осуждена по печально знаменитой 58 статье. Ее приговорили к трем годам ссылки в Сибирь. Но акурат накануне этапа у женщины случился инсульт. И в ссылку она смогла отправиться лишь через несколько месяцев.
В ссылке дочь великого Крамского выживала как могла- иллюстрировала журналы о колхозной жизни, работала ретушером в фотоателье.
Находясь на пороге отчаяния, София Юнкер-Крамская написала письмо жене Максима Горького Екатерине Пешковой, бывшей, фактически, первой советской правозащитницей.
Вот строки из того послания:
«Я могла делать ошибки в своих суждениях, могла что-нибудь не так правильно оценивать, могла криво судить о положении вещей, но преступления я не совершала никакого – и сознательно так горячо любя свою страну, после смерти мужа (он был финляндским подданным) – переменила свои бумаги на русские, подписав тогда уже отказ от каких бы то ни было претензий на имущество. Было даже смешно поступить иначе. <…> Помогите мне! Я написала просьбу о помиловании М.И. Калинину. Я прошу Вашего содействия. Я оправдаю милость, если мне она будет дарована, могу уверить в этом Вас. Я честно проработала 40 лет. Тяжко последний, быть может очень короткий срок – чувствовать себя – так наказанной… Я собрала последние силы, чтобы написать Вам все это…»
В итоге в 1932 году Юнкер-Крамская получила разрешение вернуться в Ленинград. А через год ее не стало.
Говорили, что причиной смерти явился укол костью от селедки, в следствии чего женщина заразилась "рыбьим ядом".
В 1989 году София Юнкер-Крамская была реабилитирована в связи " с отсутствием состава преступления".
Весной 2013 года я читал лекцию в Воронеже. После выступления отправился в местный художественный музей. И был приятно удивлен экспозицией.
Среди прочего, не мог не обратить внимание на картину Ивана Крамского, кстати, уроженца Воронежской губернии, под названием "Жена художника Софья Николаевна и дочь Соня".
София Ивановна, единственная дочь великого Крамского, появилась на свет в 1867 году. Стоит ли удивляться, что она тоже решила стать художницей, а ее первым учителем был отец.
При этом, конечно же, Соня Крамская была любимой моделью обожавшего ее родителя.
Дело в том, что Соня Крамская дружила с дочерью Павла Третьякова, основателя великого музея, и была невестой Сергея Боткина. Все эти персонажи приходились родственниками Вере Прохоровой. О которых она, рожденная в 1918 году, очень хорошо была осведомлена.
Ну так вот, возвращаемся к Соне Крамской. Отец был рад выбору дочери и даже написал портрет, как все полагали, будущего зятя.
Она действительно оказалась талантливой художницей, о чем писали ее знаменитые друзья. Увы, сегодня нам остается лишь читать об успехах Крамской. Значительная часть ее работ была уничтожена во время пожара, который произошел в музеее родного ее отцу воронежского Острогожска в 1942 году.
Ей было за тридцать, когда она познакомилась с молодым юристом Георгием Юнкером. Знакомство завершилось свадьбой. Но семейная жизнь закончилась в 1916 году, когда Юнкер скоропостижно скончался. Через год рухнула размеренная жизнь и самой Софии, и всей империи.
По злой иронии судьбы, Софии Крамской пришлось стать одним из организаторов антирелигиозного музея. При том, что ее отец расписывал Храм Христа Спасителя и сама Крамская была истово верующим человеком.
В 1930 году София Юнкер-Крамская была арестована. Она была признана врагом народа и осуждена по печально знаменитой 58 статье. Ее приговорили к трем годам ссылки в Сибирь. Но акурат накануне этапа у женщины случился инсульт. И в ссылку она смогла отправиться лишь через несколько месяцев.
В ссылке дочь великого Крамского выживала как могла- иллюстрировала журналы о колхозной жизни, работала ретушером в фотоателье.
Находясь на пороге отчаяния, София Юнкер-Крамская написала письмо жене Максима Горького Екатерине Пешковой, бывшей, фактически, первой советской правозащитницей.
Вот строки из того послания:
«Я могла делать ошибки в своих суждениях, могла что-нибудь не так правильно оценивать, могла криво судить о положении вещей, но преступления я не совершала никакого – и сознательно так горячо любя свою страну, после смерти мужа (он был финляндским подданным) – переменила свои бумаги на русские, подписав тогда уже отказ от каких бы то ни было претензий на имущество. Было даже смешно поступить иначе. <…> Помогите мне! Я написала просьбу о помиловании М.И. Калинину. Я прошу Вашего содействия. Я оправдаю милость, если мне она будет дарована, могу уверить в этом Вас. Я честно проработала 40 лет. Тяжко последний, быть может очень короткий срок – чувствовать себя – так наказанной… Я собрала последние силы, чтобы написать Вам все это…»
В итоге в 1932 году Юнкер-Крамская получила разрешение вернуться в Ленинград. А через год ее не стало.
Говорили, что причиной смерти явился укол костью от селедки, в следствии чего женщина заразилась "рыбьим ядом".
В 1989 году София Юнкер-Крамская была реабилитирована в связи " с отсутствием состава преступления".
